Неточные совпадения
«Может быть, преувеличением было опечалиться хотя бы на минуту за судьбу
народа, из недр которого вышла
могучая натура Петра Великого, всеобъемлющий ум Ломоносова и грациозный гений Пушкина».
Молодежь восхищалась его «Историческими движениями русского
народа», не замечая, что книга кончается чуть не апофеозом государства, у подножия которого, как вокруг
могучего утеса, бьются бессильные народные волны.
С трудом прокладывая себе дорогу чрез волнующееся море народных масс, государь продолжал один, без свиты, оставленной далеко позади, медленным шагом ехать вперед. У Чернышева моста он на минуту остановил коня и огляделся. Впереди было море огня, позади море огня. Над головою свистала буря и сыпался огненный дождь искр и пепла — и среди всего этого хаоса и разрушенья раздавались тяжкие стоны, рыданья, вопли о помощи, о защите и
могучее, восторженное, ни на единый миг не смолкавшее «ура » всего
народа.
Тысячегрудое и долгое «ура!» загремело над толпой
народа, но вновь прибывшим лицам трудно было впопыхах разобрать настоящий смысл и значение этого
могучего приветствия.
Только вооруженный
народ является
могучим и великим.
Распахнув окно, я долго любовался расстилавшейся перед моими глазами картиной бойкой пристани, залитой тысячеголосой волной собравшегося сюда
народа; любовался Чусовой, которая сильно надулась и подняла свой синевато-грязный рыхлый лед, покрытый желтыми наледями и черными полыньями, точно он проржавел; любовался густым ельником, который сейчас за рекой поднимался
могучей зеленой щеткой и выстилал загораживавшие к реке дорогу горы.
Вообще на имаме не было ничего блестящего, золотого или серебряного, и высокая, прямая,
могучая фигура его, в одежде без украшений, окруженная мюридами с золотыми и серебряными украшениями на одежде и оружии, производила то самое впечатление величия, которое он желал и умел производить в
народе.
А между тем в той же грандиозной борьбе крохотного эллинского
народа с
могучей Персией — мало ли в ней было того, что могло бы исполнить дух как раз великой веры в жизнь и в силу человеческого духа, веры в преодолимость грозных наджизненных сил?
— Эти глупые пастухи имели, однако ж, Телля и много ученых знаменитостей, этот маленький народец пастухов стоит века цел и могуч среди других
народов, в тысячу раз его
могучее своими войсками и богатством. Ни одна политическая буря в соседних странах не поколебала его. Отчего? Оттого, что нравственные силы этого народца велики. Желал бы очень встретить вас года через четыре, пять, и уверен, что вы, познакомясь с опытами жизни, — если не пропадете, — заговорите другое.
— В Уплис-цихе, красавица! — отвечал тот, — в пещерном городе, где жил когда-то
могучий и смелый
народ картли…
Пока славное Бельгийское королевство так героически защищало честь и имущество своего маленького
народа, пока Франция всячески противодействовала дерзкому вторжению тевтонских варваров в свою доблестную страну, a могущественный флот Англии, высадив на союзных франко-бельгийских территориях свой десанты, разыскивал и забирал или уничтожал немецкие крейсера, миноноски, пароходы и торговые суда; в то время храбрецы-сербы и черногорцы y себя на юге мужественно отстаивали свои земли от разбойничьего нападения австрийцев, уже проникших туда, — Россия, великая славная Россия, с присущей ей героизмом, двинула в Восточную Пруссию и Галицию свои
могучие, непобедимые полки.
— Государь выйдет на балкон! — снова пронеслось животрепещущей вестью в
народе. И теснее сдвинулись его и без того тесные ряды. Высоко, в голубое пространство уходила гранитная Александровская колонна — символ победы и славы
могучего русского воинства. Как-то невольно глаза обращались к ней и приходили в голову мысли о новой победе, о новой славе.
Ваша святая родина — покровительница наша, — горячо и искренно срывалось с губ оратора: — и наш храбрый
народ, готовый биться до последних сил с таким сильным и кровожадным врагом, как Австрия, верит и знает, что его старшая сестра вместе с её великим царем,
могучим императором русским, придет к ней на помощь…
Из тела
народа поднимается его
могучий вздох — тысячеголосое пение...
Горько было настоящее положение
народа, обманутого в своих ожиданиях; он невольно сравнивал нынешние события с преданиями о временах давно минувших и грустно запел про славных
могучих богатырей, окружавших князя Владимира.
— Ничего, видно, не поделаешь с этим
народом… — попробовал было я рассеять его настроение и заговорил о
могучей силе привычки и о всем прочем, что в этом случае было уместно. Коновалов упорно молчал, глядя в пол.
Кроме Аннушки, пришла ещё девица — Таня, как назвал её молодой человек в пиджаке, не то ремесленник-«чистяк», не то мелкий приказчик. Они уселись к окну, а Аннушка, гармонист, Тихон Павлович, безрукий и Костя составили группу у стола. Там, в большой комнате,
народу набралось много, гудел
могучий, пьяный шум.
(Открыл дверь в зал, оттуда вырывается патетический крик: «
Могучая душа
народа…» Из дверей буфета вываливаются, пошатываясь, Губин, Троеруков, Лисогонов, все выпивши, но — не очень. Мокроусов, за ним старичок-официант с подносом, на подносе стаканы, ваза печенья.)
И подвиги славит минувших он дней,
И всё, что достойно, венчает:
И доблесть
народов, и правду князей —
И милость
могучих он в песне своей
На малых людей призывает.
Там, где Вилларский видел мертвенность, Пьер видел необычайно
могучую силу жизненности, ту силу, которая в снегу, на этом пространстве, поддерживала жизнь этого целого, особенного и единого
народа.